Россиянин Алексей Бурков уже почти четыре года находится в израильской тюрьме. Он был арестован по запросу США в декабре 2015 года. Верховный суд Израиля одобрил его экстрадицию в Соединённые Штаты, однако решение до сих пор не подписал министр юстиции страны. Всё это время выдачи Буркова добивается и российская сторона. В разговоре с RT мужчина рассказал об условиях содержания в заключении, а также о выдвигаемых против него обвинениях. Между тем родственники россиянина направили в МИД РФ просьбу начать переговоры о возможном обмене Буркова на гражданку Израиля Нааму Иссахар, задержанную в московском аэропорту в сентябре 2019-го.
Алексея Буркова арестовали в израильском аэропорту в декабре 2015 года, когда он вместе с девушкой собирался улететь домой. В Израиле пара была на отдыхе, а Бурков, по его словам, даже не подозревал, что находится в розыске по линии Интерпола.
«Меня арестовали по стандартной для США схеме, — поясняет в беседе с RT Бурков. — За те восемь дней, что я находился в стране, американцы внесли меня в базу Интерпола, после чего меня фактически похитили из аэропорта. При аресте мне не предоставили доступ к российскому консулу, но сказали, что я подозреваюсь в мошенничестве с недвижимостью в США. Однако потом в итоге обвинили в причастности к утечке информации, кибератаках и мошенничестве в компьютерной сфере. Всего мне предъявлено пять обвинений, о которых детально рассказывать я не могу».
По словам собеседника, до ареста он жил в Петербурге и работал программистом-фрилансером.
«Я обычный человек. Занимался информационной безопасностью и программированием, работал с базами данных. Действительно, когда-то давно у меня были контакты с людьми, которые могли быть причастны к хакерству, но лично я преступления не совершал, просто американцы решили всё свалить на меня, сделав крайним. К 99% материалов обвинения лично я никакого отношения не имею».
Тогда, в 2015 году, об аресте «русского хакера» сообщили все российские СМИ. Однако вскоре о Буркове забыли. А он всё это время провёл в израильской тюрьме.
Первые месяцы нахождения в израильской тюрьме Бурков вспоминает с содроганием.
«Сначала меня держали в ужасных условиях, — говорит он. — Я сидел в карцере, иногда без еды и воды. Потом пару месяцев был в полной изоляции. Звонки и визиты были запрещены — даже с адвокатом связаться не мог. Я долго добивался улучшения условий содержания и в итоге оказался в камере на 12 человек. Там были провокации, драки заключённых. За это время я успел побывать в трёх тюрьмах. Сейчас меня держат в «Адарим», где всё относительно спокойно».
«У меня тромбоз сосудов и с ногой дела не очень хорошо, — поясняет он. — Ни врачебного осмотра, ни лекарств я так и не получил. Кроме того, мне не лечат зубы — по местным правилам на стоматологическую помощь могут рассчитывать только те, кто уже осуждён. Я просто стараюсь об о всём этом не думать».
По словам россиянина, за то время, что он находится под стражей, было много судебных заседаний.
«Это и продления ареста, и рассмотрение запроса США на выдачу, — говорит он. — В сентябре Верховный суд Израиля постановил экстрадировать меня в США. Чтобы это решение вступило в силу, его должен подписать министр юстиции Израиля. Но когда оно будет подписано и будет ли — неизвестно. Это, насколько я понимаю, никак не регламентировано».
Экстрадиции Буркова всё это время добивается и Россия, где на него заведено уголовное дело о мошенничестве.
«Я сам написал чистосердечное признание — изложил там всё, за что меня хотят осудить США. Пусть российские органы и суд разбираются. Если они сочтут меня виновным, то я готов понести наказание», — поясняет он.
При этом запрос России на экстрадицию Буркова, в отличие от американского, до сих пор не рассмотрен в суде.
Сам Бурков уверен, что запрос из России не рассматривается из-за давления американских властей.
Российские дипломаты, в свою очередь, поясняют, что между Израилем и США действует двухстороннее соглашение об экстрадиции, а между Россией и Израилем такого соглашения нет.
По словам российских дипломатов, разрешению ситуации с Бурковым препятствует и то, что в Израиле недавно прошли внеочередные парламентские выборы и в настоящий момент в стране только формируется правительство.
«Это тормозит процесс, а человек продолжает сидеть, — отмечают в российском посольстве в Израиле. — Мы пытались сотрудничать с прошлым министром юстиции, она не шла на контакт в этом вопросе. Мы надеемся, что с новым министром — Амиром Оханой — дело сдвинется, но пока положительных результатов нет».
По словам представителей посольства, если Охана подпишет решение Верховного суда Израиля на экстрадицию Буркова в США, оно будет обжаловано.
В сентябре 2019 года семья Буркова направила в российский МИД обращение с просьбой инициировать переговоры с Израилем на тему обмена Буркова на арестованную в России израильтянку Нааму Иссахар.
Как сообщал RT, девушка была задержана в аэропорту Шереметьево, где ждала транзитный рейс. В её багаже был обнаружен гашиш. Дело Иссахар рассматривается в Химкинском городском суде — ей инкриминируют хранение и контрабанду наркотиков.
По словам сестры россиянина Натальи Бурковой, официальный ответ на обращение в МИД семья не получила. «Нам только позвонил сотрудник МИД, который сказал, что этим вопросом занимаются», — поясняет Буркова в беседе с RT.
Друг арестованного россиянина Константин Бекенштейн, в свою очередь, рассказал RT, что обсуждал с родственниками Иссахар возможность гуманитарного обмена заключёнными, но навстречу они не пошли.
По словам Бекенштейна, который давно живёт в Израиле и регулярно навещает русского «хакера» в тюрьме, обмен — единственный шанс для Буркова избежать несправедливого суда в США.
В посольстве Израиля в России не стали комментировать возможность обмена Иссахар на Буркова. Мать девушки Яффа Иссахар на вопросы RT также не ответила.
В посольстве России в Тель-Авиве RT пояснили, что Израиль официально с таким предложением к российским дипломатам не выходил.
«Что касается ситуации с Иссахар, то нам официальных обращений от израильской стороны на этот счёт не поступало. С нашей стороны официальных предложений также не было», — говорят в российском посольстве.
Сам Бурков надеется, что израильские власти всё же передумают и отправят его в Россию вместо США.
«Наши дипломаты говорят, что Израиль не хочет ругаться ни с Россией, ни с США, — отмечает он. — Поэтому они, очевидно, решили просто держать меня под стражей у себя. Даже если я нарушил американские законы, то сделал это не по умыслу. Но главная проблема заключается в том, что если американцам за такие преступления дают пару лет тюрьмы, то русским — десятки лет заключения».
Алексей Бурков
Алексея Буркова арестовали в израильском аэропорту в декабре 2015 года, когда он вместе с девушкой собирался улететь домой. В Израиле пара была на отдыхе, а Бурков, по его словам, даже не подозревал, что находится в розыске по линии Интерпола.
«Меня арестовали по стандартной для США схеме, — поясняет в беседе с RT Бурков. — За те восемь дней, что я находился в стране, американцы внесли меня в базу Интерпола, после чего меня фактически похитили из аэропорта. При аресте мне не предоставили доступ к российскому консулу, но сказали, что я подозреваюсь в мошенничестве с недвижимостью в США. Однако потом в итоге обвинили в причастности к утечке информации, кибератаках и мошенничестве в компьютерной сфере. Всего мне предъявлено пять обвинений, о которых детально рассказывать я не могу».
По словам собеседника, до ареста он жил в Петербурге и работал программистом-фрилансером.
«Я обычный человек. Занимался информационной безопасностью и программированием, работал с базами данных. Действительно, когда-то давно у меня были контакты с людьми, которые могли быть причастны к хакерству, но лично я преступления не совершал, просто американцы решили всё свалить на меня, сделав крайним. К 99% материалов обвинения лично я никакого отношения не имею».
Тогда, в 2015 году, об аресте «русского хакера» сообщили все российские СМИ. Однако вскоре о Буркове забыли. А он всё это время провёл в израильской тюрьме.
Первые месяцы нахождения в израильской тюрьме Бурков вспоминает с содроганием.
«Сначала меня держали в ужасных условиях, — говорит он. — Я сидел в карцере, иногда без еды и воды. Потом пару месяцев был в полной изоляции. Звонки и визиты были запрещены — даже с адвокатом связаться не мог. Я долго добивался улучшения условий содержания и в итоге оказался в камере на 12 человек. Там были провокации, драки заключённых. За это время я успел побывать в трёх тюрьмах. Сейчас меня держат в «Адарим», где всё относительно спокойно».
«У меня тромбоз сосудов и с ногой дела не очень хорошо, — поясняет он. — Ни врачебного осмотра, ни лекарств я так и не получил. Кроме того, мне не лечат зубы — по местным правилам на стоматологическую помощь могут рассчитывать только те, кто уже осуждён. Я просто стараюсь об о всём этом не думать».
По словам россиянина, за то время, что он находится под стражей, было много судебных заседаний.
«Это и продления ареста, и рассмотрение запроса США на выдачу, — говорит он. — В сентябре Верховный суд Израиля постановил экстрадировать меня в США. Чтобы это решение вступило в силу, его должен подписать министр юстиции Израиля. Но когда оно будет подписано и будет ли — неизвестно. Это, насколько я понимаю, никак не регламентировано».
Экстрадиции Буркова всё это время добивается и Россия, где на него заведено уголовное дело о мошенничестве.
«Я сам написал чистосердечное признание — изложил там всё, за что меня хотят осудить США. Пусть российские органы и суд разбираются. Если они сочтут меня виновным, то я готов понести наказание», — поясняет он.
При этом запрос России на экстрадицию Буркова, в отличие от американского, до сих пор не рассмотрен в суде.
Сам Бурков уверен, что запрос из России не рассматривается из-за давления американских властей.
Российские дипломаты, в свою очередь, поясняют, что между Израилем и США действует двухстороннее соглашение об экстрадиции, а между Россией и Израилем такого соглашения нет.
По словам российских дипломатов, разрешению ситуации с Бурковым препятствует и то, что в Израиле недавно прошли внеочередные парламентские выборы и в настоящий момент в стране только формируется правительство.
«Это тормозит процесс, а человек продолжает сидеть, — отмечают в российском посольстве в Израиле. — Мы пытались сотрудничать с прошлым министром юстиции, она не шла на контакт в этом вопросе. Мы надеемся, что с новым министром — Амиром Оханой — дело сдвинется, но пока положительных результатов нет».
По словам представителей посольства, если Охана подпишет решение Верховного суда Израиля на экстрадицию Буркова в США, оно будет обжаловано.
В сентябре 2019 года семья Буркова направила в российский МИД обращение с просьбой инициировать переговоры с Израилем на тему обмена Буркова на арестованную в России израильтянку Нааму Иссахар.
Как сообщал RT, девушка была задержана в аэропорту Шереметьево, где ждала транзитный рейс. В её багаже был обнаружен гашиш. Дело Иссахар рассматривается в Химкинском городском суде — ей инкриминируют хранение и контрабанду наркотиков.
По словам сестры россиянина Натальи Бурковой, официальный ответ на обращение в МИД семья не получила. «Нам только позвонил сотрудник МИД, который сказал, что этим вопросом занимаются», — поясняет Буркова в беседе с RT.
Друг арестованного россиянина Константин Бекенштейн, в свою очередь, рассказал RT, что обсуждал с родственниками Иссахар возможность гуманитарного обмена заключёнными, но навстречу они не пошли.
По словам Бекенштейна, который давно живёт в Израиле и регулярно навещает русского «хакера» в тюрьме, обмен — единственный шанс для Буркова избежать несправедливого суда в США.
В посольстве Израиля в России не стали комментировать возможность обмена Иссахар на Буркова. Мать девушки Яффа Иссахар на вопросы RT также не ответила.
В посольстве России в Тель-Авиве RT пояснили, что Израиль официально с таким предложением к российским дипломатам не выходил.
«Что касается ситуации с Иссахар, то нам официальных обращений от израильской стороны на этот счёт не поступало. С нашей стороны официальных предложений также не было», — говорят в российском посольстве.
Сам Бурков надеется, что израильские власти всё же передумают и отправят его в Россию вместо США.
«Наши дипломаты говорят, что Израиль не хочет ругаться ни с Россией, ни с США, — отмечает он. — Поэтому они, очевидно, решили просто держать меня под стражей у себя. Даже если я нарушил американские законы, то сделал это не по умыслу. Но главная проблема заключается в том, что если американцам за такие преступления дают пару лет тюрьмы, то русским — десятки лет заключения».
Алексей Бурков
)
